ФАС РФ в феврале разъяснила многие положения, в частности о недопустимых соглашениях, картелях, о применении соглашений в инновационных и высокотехнологичных сферах деятельности, а также о дилерских соглашениях. Разъяснения ФАС коснулись также некоторых положений об аренды муниципального имущества.

«Вертикальными» соглашениями являются сделки, реализующиеся посредством гражданско-правовых договоров, предметом которых является переда товаров от одного лица другому (договор поставки, дистрибьюторский договор, дилерский договор и иные). Цель вертикальных соглашений – обеспечение хозяйствующими субъектами, находящихся на различных уровнях технологического цикла, перемещения товаров по урегулированной цепочке от продавца до потребителя, не оказывая влияния на цену перепродажи товаров.

 Ранее ФЗ «О защите конкуренции» содержал норму, прямо исключающую агентский договор из числа соглашений, которые могут считаться «вертикальными». ФАС в Разъяснении № 2 от 17 февраля 2016 г. пояснила, что исключение нормы из законодательного акта не свидетельствует об изменении правовой позиции государственных органов власти, и агентские договоры по-прежнему не являются «вертикальными» соглашениями.  

ФАС также разъяснила, что «вертикальные» соглашения между хозяйствующими субъектами, входящими в одну группу лиц, где одно из лиц является контролирующим, являются допустимыми и в том случае, если содержат элементы, запрещенные ч. 7 ст. 11 ФЗ «О защите конкуренции». Между тем, это не означает, что на такие «вертикальные» соглашения не распространяются иные антимонопольные ограничения. Определяя допустимость или недопустимость соглашения, следует руководствоваться ст. 12, 13 ФЗ «О защите конкуренции» и общими исключениями, утвержденными Постановлением Правительства РФ № 583 от 16 июля 2009 г. Допустимость соглашения определяется не только исходя из положения самого хозяйствующего субъекта на рынке и его положении среди иных субъектов предпринимательства, но и предмета «вертикального» соглашения – товара. Для определения допустимости соглашения в подобных случаях следует также принимать во внимание Приказ ФАС № 220 от 28 апреля 2010г., в котором утверждены правила определения географических и товарных границ товарного рынка, расчет долей субъектов на определенном рынке. Интерес представляет вывод ФАС, согласно которому соглашение, соответствующее признакам договора концессии и нормам главы 54 ГК РФ (о договоре концессии), заключенное между правообладателем и пользователем, может быть оценено в качестве допустимого «вертикального» соглашения. 

 Как ранее было отмечено, «вертикальное» соглашение заключается в форме гражданского договора, однако согласно Разъяснению ФАС № 3 от 17 февраля 2016 г. несоблюдение формы соглашение не свидетельствует о невозможности доказывания недопустимости договоренностей, следовательно, устные соглашения между хозяйствующими субъектами принимаются во внимание ФАС и суда при определении допустимости или недопустимости договоренностей. Согласно ФЗ «О защите конкуренции» одинаково запрещены антиконкурентные соглашения и антиконкурентные действия, которые обозначены в ст. 11 ФЗ «О защите конкуренции». Однако перечень этих соглашений является открытым, и ФАС в Разъяснении № 3 от 17 февраля 2016 г. к иным недопустимым соглашениям отнесла договоренности:

  • о навязывании невыгодных условий или не относящихся к предмету договора условий контрагенту (например, необоснованные требования о передаче финансовых средств);
  • об установлении хозяйствующим субъектом различных цен (тарифов) на один и тот же товар без обоснования этих действий;
  • о создании одним хозяйствующим субъектом другим субъектам препятствий доступу на товарный рынок;
  • об установлении условий членства в каких-либо объединениях.

Антиконкурентными могут являться и отдельные действия, которые следует различать от согласованных действий. К последним относят действия, соответствующие ст. 8 ФЗ «О защите конкуренции», однако если одновременно с этим они содержат договоренности, аналогичные указанным ранее, применительно к недопустимым соглашениям, то такие действия являются антиконкурентными.

Между тем все перечисленные выше классификации не являются императивными, субъект предпринимательской деятельности вправе доказать допустимость «вертикального» соглашения, так же компетентные органы власти вправе предоставлять доказательства недопустимости. ФАС в  Разъяснении № 3 от 17 февраля 2016 г. также приводит классификацию доказательств допустимости соглашений или действий, разделяя их, на прямые и косвенные. Больший интерес представляют косвенные доказательства, к коим, исходя из практики, в частности, ФАС отнесла:

  • отсутствие экономического обоснования поведения одного из участников соглашения;
  • использование участниками торгов одного и того же IP-адреса  при подаче заявок и участии в электронных торгах;
  • фактическое расположение участников соглашения по одному и тому же адресу;
  • формирование документов для участия в торгах разных хозяйствующих субъектов одним и тем же лицом.

Важным доказательством является анализ состояния конкуренции на товарном рынке, который проводит антимонопольный орган. Порядок проведения анализа и его результатов регламентированы Приказом ФАС России № 220 от 28 апреля 2010 г.

Разъяснения № 4 ФАС от 17 февраля 2016г. коснулись допустимости соглашений в инновационной и высокотехнологичных сферах деятельности. Так, ФАС отмечает, что соглашения в этих сферах являются средствами достижения наиболее комплексного и прогрессивного развития, «вертикальные» соглашения в сфере инноваций и высоких технологий могут быть признаны недопустимыми по основанию ч.1 ст. 11 ФЗ «О защите конкуренции» (наиболее опасные для конкуренции интересов участников товарного рынка). Однако ст. 13 названного законодательного акта позволяет субъектам заключать «вертикальные» соглашения, если они:

  • не создают возможность для отдельных лиц устранить конкуренцию на рынке;
  • не способствуют наложению ограничений, не соответствующих целям соглашения;
  • способствуют совершенствованию производства или стимулированию технического, экономического прогресса, конкурентоспособности;
  • способствуют получению покупателями преимуществ.

Помимо названного, предусмотрены специальные исключения для субъектов, осуществляющих деятельность в сфере инноваций и технологий, в частности допустимыми являются соглашения между названными субъектами, если предмет договора – проведение совместных научных исследований или совместное использование полученных научных и технических результатов. Также судом и (или) антимонопольным органом могут быть приняты во внимание иные обстоятельства, доказывающие допустимость подобных соглашений.

 

Лилит Маилян, младший юрист Юридической фирмы «БРАС»

Клиенты и партнеры